Австро-Венгрия и становление албанской нации 1896-1908

Одна находка вела к новым документам, новым ящикам и всё более сложным вопросам. Первоначальное любопытство переросло в многолетнее исследование, в ходе которого Толе́ва стремилась поставить архивные свидетельства выше устоявшихся трактовок. Для этого требовалось мужество — чтобы противостоять авторитетам и общепринятым взглядам. В разговорах с друзьями она признавалась, что ей давали понять: тема, которую она исследует, «неудобная». По словам самой авторки: 

Моё удивление было огромным, когда я обнаружила, что упомянутые документы не только не подтверждали всё то, что я до тех пор прочитала об албанской нации, но и ставили это под сомнение, серьёзно оспаривая сложившиеся представления. Разумеется, я имею в виду выдающиеся труды и неоценимый вклад Ставро Скенди (Stavro Skendi), Петера Бартла (Peter Bartl), Жоржа Кастеллана (George Castellan), Ханса Дитера Шандерла (Hanns Dieter Schanderl) и других исследователей, а также всех тех, кто в своих работах опирался на их труды.

Все эти исследования основывались на исходной предпосылке, что албанская нация уже существовала и что её существование было несомненно и чётко установлено уже в XIX веке, а возможно, и значительно раньше. Поэтому все события интерпретировались как выражение воли этой нации. Однако в материалах тайных совещаний утверждалось, что албанской нации не существовало и что Вена, исходя из этих предпосылок и руководствуясь собственными стратегическими интересами, готовилась действовать в направлении формирования национального самосознания среди албанцев. Согласно наблюдениям и неоднократным утверждениям австро-венгерских дипломатических агентов, в то время такого самосознания попросту не существовало.

Мне было нелегко столкнуться с глубоким расхождением между известной мне «официальной версией» албанологии, которую я всегда знала, и историческими фактами, раскрывавшимися в упомянутых документах. Эта «случайная архивная находка» дорого мне обошлась. Прежде всего, мне пришлось убедить саму себя в том, что всё, чему я до тех пор научилась из вторичных источников, было не столь достоверным, как казалось. Затем требовалось тщательно проверить эту позицию и найти убедительные аргументы в её защиту.

Так встреча с документами, на первый взгляд случайная, но в действительности судьбоносная и словно отмеченная провидением, стала отправной точкой её исследования, увенчавшегося в 2008 году защитой докторской диссертации на испанском языке под названием La influencia del imperio austrohúngaro en la construcción nacional albanesa, 1896–1908 («Влияние Австро-Венгерской империи на формирование албанской нации, 1896–1908») в Барселонском университете (Universitat de Barcelona), на кафедре современной истории, под научным руководством Агусти Коломинеса (Agustí Colomines i Companys). После её смерти диссертация, написанная на испанском языке, была переведена и опубликована на нескольких языках: болгарском, немецком, сербском и испанском, а затем также на албанском, греческом и русском.